СОЦИАЛИСТИЧЕСКАЯ ГРЫЖА

site8ЧАСТЬ II

Дорогой Алексей Максимыч!
…Известие о том, что Вас лечит новым способом «большевик», хотя и бывший, меня ей-ей обеспокоило. Упаси боже от врачей-товарищей   вообще, врачей-большевиков в частности! Право же, в 99 случаях из 100 врачи-товарищи «ослы», как мне раз сказал один хороший врач. Уверяю Вас, что лечиться (кроме мелочных случаев) надо только у первоклассных знаменитостей. Пробовать на себе изобретения большевика – это ужасно!!! Только вот контроль профессоров неапольских… если эти профессора действительно знающие…
Ваш Н. Ленин
Адрес: Wl. Ulianow. 51. Ulica Lubomirskiego. 51. Krakow,
Krakau (Galizien).
Письмо написано в начале ноября 1913г. Послано на о. Капри (Италия)
(В.И Ленин, Полное собрание сочинений, т.48, стр.224)

Я надеюсь, что моя первая заметка на тему социалистической медицины в стране и конкретно в Британской Колумбии, где был дан прогноз разрушения нашей экономики из-за съедаемого медициной на корню бюджета («Ванкувер и Мы», номер 15 от 10-го августа 2012 года) заставила задуматься хотя бы часть читателей газеты. Задуматься, куда мы все бредём под очередным мудрым руководством, и прикинуть, как нам всем будет больно падать в финансовую пропасть, которую денно и нощно углубляет и расширяет для нас наша система здравоохранения.

В Скандинавских странах, недалеко от полярного круга, в основном в Швеции и Норвегии живёт один из любопытных видов мелких грызунов, называемых лемминги. Раз в несколько лет количество леммингов резко возрастает и они начинают мигрировать буквально «стадами» в поисках новых угодий. Если на пути «стада» встретится обрыв над рекой – а рек и обрывов там хватает, – и первый лемминг по недостатку информированности, жизненного опыта или по врождённому идиотизму совершит лишний шаг и сорвётся с обрыва, остальные последуют его примеру и, не думая, прыгнут за ним. Доплывут до другой стороны реки далеко не все. В результате численность леммингов сократится таким вот «естественным»  путём.

В ситуации с нашим здравоохранением мы ведём себя примерно так же. И делаем фатальные шаги, не принимая во внимание разверзшуюся перед нами экономическую пропасть, которую не все из нас пересекут.

Для части социума, которая более не желает быть леммингами (я имею в виду граждан, которые ходят на выборы с ещё не промытыми либеральным агитпропом мозгами и понимают всю угрозу бацилл социализма для нашего образа жизни и для страны в целом), совершенно ясно, что время бороться с заразой пришло.

В отличие от медицинского синдрома, допустим, паховой грыжи, которую, конечно, можно только нежно вправить, социалистическую грыжу можно или «вправить» или «вырезать».
Для радикального вырезания грыжи аппетита в обществе, состоящем на 50% из леммингов, просто нет. Тем более, что система вроде бы как-то работает, и на скорой помощи, в приёмных покоях и в хирургических театрах встречается ещё достаточно много подвижников и хороших специалистов, являющихся антитезой системе.

Интересно, что сам факт наличия таких прекрасных людей в порочной от самого послевоенного саскачеванского зачатия системе окончательно разрушает мыслительный процесс у двуногих леммингов. Они не могут отделить людей от системы и понять чудовищность последней.  Десятилетия социалистического зомбирования сделали своё дело и голосовать за партию, в программе которой будет тезис об уничтожении соц. чудища,  они не будут.  Даже если будут продолжать умирать раньше срока  в ожидании консультаций специалистов или операции в течение года (плюс-минус 6 месяцев).

Очевидно, что и аппетита для революционного наскока нет и не будет у правящих в провинции партий. Даже если случится чудо, и у нас в провинции, как и в Оттаве, к власти придут консерваторы. Потому что революции – не канадская традиция и, тем более, не консервативная.

Реально нам остаётся эволюционный подход, т.е. последовательный демонтаж наиболее одиозных частей системы и реабилитация тех частей, которые ещё работают.
Наряду с этим необходимо срочно создавать параллельную систему на принципах самоокупаемости и достойной охраны здоровья, где во главу угла будет поставлен пациент, а не сложившаяся у нас система здравоохренения, занимающаяся  распиливанием бюджета (об этом в следующей статье).

Итак, для вправления грыжи в первую очередь придётся остановить безудержный рост расходов на эту систему, т.е. немедленно заморозить её бюджет, желательно лет на 20. При этом система сама начнёт избавляться от кровососов-менеджеров, сведя их популяцию до приемлемого минимума. Многим придётся предложить ранний уход на пенсию, за что они ухватятся.

Следующим этапом эпической борьбы станет слом сложившихся монополий внутри системы. Это трудная, но необходимая задача. Придётся законодательно положить конец шантажу просоюзов (таких профсоюзов четыре). Наверняка, первые несколько попыток будут малоэффективны и амбре, поднятому товарищами от медицины позавидуют скунсы с Вест-энд’а.  Можно легко предвидеть, как запах пролетарских портянок мадам Дебры Макферсон (Debra McPherson)  – президента профсоюза медсестёр – достигнет палат Верховного Суда и окончательно замутит (никогда не отличавшееся хрустальной чистотой) сознание либеральных судий.

Но рано или поздно рост зарплаты членов профсоюзов будет соответствовать росту инфляции, а если и будет опережать её, то при условии, что сам бюджет расти не будет, т.е. численность работников будет сокращаться. Вторая опция, конечно, хуже для пациентов, но не для профсоюза.

Так же трудно будет законодательно сломать застойную врачебную монополию. Необходим приток новых врачей, необходима конкуренция! На ожидаемые вопли руководителей картеля “College of Physicians and Surgeons of BC” о том, что качество врачевания в этом случае снизится и в медицину придут некомпетентные люди, нужно будет твёрдо сказать, что такие люди уже давно пришли и «College» их легко обнаружит, если использует для поисков зеркало.

Опять-таки, рано или поздно,  «колледжу» придётся открыть приток врачей в провинцию, несмотря на то, что зарплаты «лучших» специалистов могут понизиться с миллиона долларов до, допустим, $200 тысяч. Если перемены достаточно быстро не произойдут внутри «колледжа», то, скорее всего, будет создана параллельная ему ассоциация. Результат для «колледжа» будет плачевен.

Описанный выше сценарий – это деяния будущей исполнительной и законодательной власти по выкручиванию рук мафиозным структурам в существующей системе здравоохранения, но для меня сегодня очевидно, что сопротивление переменам можно будет легче сломать, если будет введена параллельная медицинская система.  Принципы, на которых она будет строиться, окончательно не определены, но скорее всего это будет частная или гибридная – частно-государственная система.

Но неужели, спросит читатель, рядовые и не очень работники медицинской системы сами не видят предстоящего финансового коллапса (в том числе своего собственного) и не думают о завтрашнем дне?
Неужели они не видят ущерба здоровью тысяч людей, которых нынешняя система вгоняет в гроб и крематорий?
Неужели они не принимали клятвы Гиппократа и от всей души поддерживают модную сейчас у либералов и социалистов тему эвтаназии (разрешённого медицинского убийства или самоубийства при помощи врачей)? *

К нашему общему счастью, господа,  внутри медицинской системы есть думающие и честные люди. Хотя большая часть из них ещё молчит, некоторые активны и пытаются изменить систему изнутри. Вот и у нас в Ванкувере на белом коне выехал убивать социалистического дракона доктор Брайан Дэй (Dr. Brian Day).
О его самоотверженной борьбе, о лицемерии защитников социалистической грыжи я расскажу в следующий раз.

Г.Хаскин
Coquitlam

* * *

* Эвтаназия, конечно же, уменьшит затраты на медицину. Открыто ещё хоть чем-то думающие левые про это не говорят, но они всегда это подразумевают и на это «намекают». При обсуждении эвтаназии в прессе, на ТВ и по радио их лживая «гуманность» не может прикрыть паранджой вороватые пушистые рыльца. С рядовыми леммингами всё проще – они не думают на несколько лет вперёд и в глубине души не верят, что эвтаназия может затронуть лично их. Они уверены, что пороков в системе нет, а есть «временные трудности», которые их не коснутся. Они уверены, что будут жить долго и счастливо, в богатстве и не болея, а если случайно и умрут лет в 100-120, то обязательно в добром здравии, светлом рассудке и оставят после себя детям добрую память и трёхлетние запасы виагры.

Leave a reply