ЗАМЕТКИ О САХАРОВЕ

site1Эти факты и эпизоды из жизни академика Андрея Дмитриевича Сахарова мне известны от людей, так или иначе связанных в свое время или знакомых с ним.

Когда опального академика «партия и правительство, и лично…» лишили всех наград и званий (трижды Героя Социалистического труда, Ленинской и  Государственной премий), Брежнев вместе с «серым кардиналом» Сусловым предложили Президенту АН СССР А.Н.Александрову лишить Сахарова еще и звания академика. На что Анатолий Петрович ответил буквально следующее: «Лишение звания академика, так же, как и избрание академиком, происходит на общем собрании Академии наук, и голосование при этом тайное. Так что здесь можно попасть впросак».
Думаю, что Александров несколько преувеличил порядочность своих коллег. Когда, после возвращения из ссылки, на общем собрании Академии наук обсуждался вопрос о выдвижении Сахарова кандидатом в депутаты Верховного Совета СССР, большинством  голосов его кандидатура не прошла. И депутатом Сахаров стал не от родной академии, а совсем от другой организации.

Как известно, находясь с 1980 года в ссылке, в закрытом городе Горький, Сахаров обьявил голодовку в знак протеста против того, что его жену не выпускают на лечение за границу. Вот что мне рассказал впоследствии заведующий отделением одной из городских больниц.

«Академика Сахарова насильно отвезли в нашу больницу и поместили в терапевтическое отделение, разумеется, в отдельную палату. Всех больных из этого отделения срочно выписали, и лишь в палатах слева и справа от палаты Сахарова разместились новые «больные» – здоровые и крепкие парни. И сразу начались пытки искушением. Обслуживала его молоденькая и красивая медсестра, с пышным бюстом и длинными ногами, в коротеньком, выше колен, халате. В палату поставили огромный холодильник, набитый разнообразной деликатесной снедью – сыры, колбасы, черная и красная икра, ананасы и т.д. Кстати, в самом Горьком в те годы народ таких продуктов и не видел давно и за колбасой ехал в Москву. Но Сахаров, конечно, не поддался на эти провокации, и его стали кормить насильно, сломав при этом искусственную челюсть. Более того, когда у Сахарова в Горьком произошла небольшая поломка его автомашины, ремонт специально затянули почти на месяц.»

Горбачев, в силу своего партийного менталитета, не понял да и не мог понять депутата Сахарова. На Первом съезде народных депутатов он ни разу не прервал издевательства, свист и ехидные смешки со стороны некоторых депутатов в адрес Сахарова, когда тот с трибуны съезда осудил советскую агрессию в Афганистане и когда требовал отмены в Конституции СССР статьи о руководящей роли партии.

И такая реакция Горбачева совсем не удивительна.
Как говорил в свое время Солженицын (еще до высылки из страны), «в России, чтобы стать официально признанным, нужно сначала умереть».

Негативное отношение к Сахарову в полной мере проявилось, когда Андрей Дмитриевич, после очередного улюлюканья в Кремле, умер. В день похорон Сахарова большинство депутатов Верховного Совета СССР во главе с Горбачевым отправились на спектакль в Большой театр.

Да и хоронили академика не из Колонного зала Дома Союзов, как заведено было для выдающихся людей, а из какого-то комсомольского дворца. И погребен он был на престижном Ново-Девичьем кладбище, где обычно хоронили государственных деятелей.

В Америке, в Нью-Йорке, уже давно есть памятник Сахарову, а в Москве его нет.
Есть музей Сахарова, да и тот в плачевном положении и недавно даже был осквернен.

Так в современной России официальные власти почитают великого гуманиста…

Аркадий Белкин,
Ричмонд

Leave a reply