ХАРТИЯ ЕДИНООБРАЗИЯ

Выпущено на September 30, 2013 в Личный опыт, Первые шаги в Канаде, Статьи.

site6Не хотелось бы в который раз возвращаться к теме квебекских ценностей, но приходится: вот уже несколько недель подряд все канадские СМИ обсуждают предложенную правящей в провинции Квебек Квебекской партией Хартию квебекских ценностей.
Правительство предлагает запретить государственным и муниципальным служащим, учителям и воспитателям детских садов, судьям, медицинским работникам и так далее носить на работе привлекающие внимание религиозные символы – вроде хиджабов, тюрбанов, ермолок и больших крестов.

Хартия не распространяется на избранных депутатов парламента. Те могут появляться на заседаниях в чем угодно. Парламент – это своего рода витрина квебекской политкорректности, впрочем, правительство уверено, что женщину, носящую паранджу, в Национальное собрание не изберут никогда.

В соответствии с Хартией, государственные служащие обязаны обслуживать население с открытым лицом. Просители тоже обязаны появляться в государственных учреждениях с открытыми лицами.
Исключение сделано для мелких религиозных символов – крестов, магендовидов и полумесяцев, которые можно носить на шее, а также в виде перстней и сережек.

Хартия особо оговаривает, что традиционные для Квебека символы – например, распятие в Национальном собрании или крест на горе Мон Руаяль, а также географические названия  – могут оставаться как элементы квебекского наследия.
Некоторым организациям  – вроде больниц – будет дано право выйти из Хартии на пять лет. Но не школам и детским садам.

В спорах о Хартии прошло  практически незамеченным  одно важное предложение. Это – отмена субсидий для религиозных школ. В настоящее время Квебек финансирует около 60% бюджета частных школ, включая и деноминационные, типа еврейских или армянских. Потеря такого финансирования будет иметь серьезные последствия для крупных этнических общин провинции.

Но спорить тут сложно. Когда в Квебеке существовали католический и протестантский отделы образования, финансирование школ других религий было оправдано. Сейчас образование в Квебеке исключительно светское, значит, общество не обязано оплачивать религиозное обучение кого бы то ни было.
Есть в Хартии и другой немаловажный финансовый аспект: предлагается отменить налоговые послабления для церквей, мечетей, синагог и других культовых зданий.

Предложенная правительством Полин Маруа Хартия как бы завершает давно начатый спор о культурной ассимиляции иммигрантов и о светском характере государства, начатый еще в 2008 году так называемой комиссией  Бушара-Тейлора.
В свое время эта комиссия среди прочего рекомендовала запретить молитвы на муниципальных собраниях. Квебекский апелляционный суд в мае этого года постановил, что молитва не обязательно нарушает Квебекскую хартию прав человека. Значит, она может быть допустима. Хартия кладет этому конец. Молитву очень трудно представить как элемент культурного наследия Квебека.

Принятие Хартии культурных ценностей входило в предвыборную кампанию Квебекской партии. Квебекские националисты всегда хотели причесать всех под одну гребенку, их собственную.
Диана Де Курси, министр, ответственная за Хартию французского языка, прямо так и сказала, что это, мол, в Онтарио мультикультурализм. Мы же хотим интеграции иммигрантов в квебекское общество.
Ей вторит бывший премьер Бернар Ландри. «Квебек – это нация. Меня тошнит, когда ее называют провинцией», – заявил он. Понятно, что в нации должно царить… единообразие.

Не имея в данный момент возможности добиться отделения Квебека, сепаратистское правительство сделало еще одну попытку сыграть на национальных чувствах коренных квебекцев. Оно не ошиблось: 52% жителей провинции поддержали Хартию. В глубинке, где иммигрантов ничтожно мало, процент сторонников Хартии был выше, в многонациональном Монреале – ниже, хотя, казалось бы, именно там должны мозолить глаза жителям хиджабы и тюрбаны.

Правительство, наверняка, предполагало, что Хартия встретит критику оппозиции, но эта критика оказалась практически всеобщей. Против выступили все три оппозиционные партии, все 15 муниципалитетов Монреаля, все крупные учебные заведения, различные группы преподавателей и студентов, больницы, четыре главных кандидата в мэры Монреаля и католическая церковь.

Письмо протеста против Хартии подписали многие квебекские интеллектуалы, в том числе сторонники суверенитета Квебека. Среди подписавших его была единственная женщина-депутат федерального парламента от Квебекского блока Мария Мурани. Лидер блока Даниель Пайе, у которого нет собственного места в парламенте, исключил ее за это из фракции. Мурани же назвала Хартию проявлением этнического национализма.
Уход Мурани – большая потеря для сепаратистов. Сама она – ливанка и практикующий католик – яркая демонстрация того, что не только одни  потомки первых французских поселенцев желают отделения Квебека. Теперь же Мария Мурани заявляет, что ее доверие к идее суверенного Квебека подорвано.

Надо отметить, что оппозиция отметает не все предложения Хартии. Например, лидеры всех трех оппозиционных партий и три четверти квебекцев выступают против того, чтобы в учреждениях и школах работали мусульманки в никабе или в парандже. Эти элементы одежды полностью закрывают лицо женщины.
Коалиция за будущее Квебека готова ограничить религиозную символику в судах, но отнюдь не в школах, больницах или на предприятиях. Это разумно. В судах должна демонстрировать непредвзятость. Если окажется так, что судья в чалме будет судить еврея, или, наоборот, судья в ермолке – мусульманина, доверие к судейскому решению будет подорвано изначально.

Столкнувшись с лавиной критики, авторы Хартии отступать не собираются и на значительные уступки идти не хотят. Вполне возможно, что это их предвыборные планы. Логика проста: шансы принятия Хартии в Национальном собрании в нынешнем виде равны нулю – значит, возможны новые выборы.  Сепаратисты постараются убедить избирателей, что федералисты мешают квебекской нации жить так, как она хочет, и на этом посыле попытаются получить правительство большинства.
Попытка эта может провалиться. По опросам общественного мнения, после жарких дебатов последних дней поддержка Хартии в Квебеке стала уменьшаться.

С другой стороны,  Хартия вызвала первые случаи проявления враждебности к иммигрантам и к их учреждениям.
Так, пассажир автобуса в Монреале потребовал от одной женщины, чтобы она сняла свой хиджаб, а потом посоветовал ей убираться туда, откуда она приехала.
Появились оскорбительные надписи на мечети в Шикутими, а также на турецкой бане и  на англиканской церкви в Ласале. Причем, авторы граффити на дверях англиканской церкви почему-то предлагали отправиться к себе домой… грекам. Это свидетельствует о пещерном уровне квебекского кондового национализма. Именно его представители первыми по-своему оценили Хартию – как программу к действию.

Евгений Соколов

Оставьте ответ