ДОМ С ЗАКРЫТЫМИ СТАВНЯМИ

Мы предлагаем вашему вниманию творческую работу, присланную на литературный конкурс к фестивалю “День России”. Автор – Аркадий Белкин

… Дом был деревянный и довольно дряхлый. Он стоял у самой обочины дороги, слегка наклонившись над ней, как сгорбленный старик. Каждый вечер его окна закрывали тяжелыми дубовыми ставнями с железными засовами и болтами – и они недовольно скрипели, словно не желая закрываться. В доме жила пожилая, располневшая женщина Елена Степановна и ее дочка Катя, которая только что закончила десятилетку, провалилась на вступительных экзаменах в институт и теперь работала на расположенном неподалеку заводе.

Давным-давно, еще до войны, Елена Степановна 17-летней девчонкой познакомилась на танцах в городском саду с молоденьким лейтенантом-пограничником, проводившим свой отпуск у родителей. И так уже вышло, что по окончании его отпуска она уехала с ним на заставу. К западной границе. Там у них родился сначала сын, а потом и эта дочка. Через два года после ее рождения началась война. Всех женщин и детей успели посадить в грузовик и отправили в Минск – и она даже не смогла попрощаться с мужем. Едва машина отъехала, они увидели, как загорелась их застава.

Из Минска Елена Степановна с двумя маленькими детьми – сначала  на попутных машинах, а потом  поездом – сумела все-таки добраться до своего городка, в этот дом, который тогда был еще прочным и не таким старым. Туда же пришла похоронка: «лейтенант Чумаков Алексей Иванович пропал без вести». И потянулись горькие и безрадостные вдовьи годы.

Специальности у не никакой не было – да, и какая могла быть специальность у офицерских жен на заставе. Правда, шить она умела еще с детства – научила ее бабушка, и в доме была старенькая, купленная на базаре, швейная машина «Зингер». И Елена Степановна устроилась на работу в маленькую артель, где делались мягкие детские игрушки. Ей не было еще и 40 лет, и товарки наперебой уговаривали ее познакомиться с каким-нибудь мужчиной и предлагали свою помощь. Но она твердо отвечала: «Нет! Я знаю, мой Алеша не погиб, он все равно вернется. Вон сколько случаев есть, что возвращаются даже те, кого считали погибшим».

Жила она довольно замкнуто, особых подруг не заводила. Всегда ходила с покрытой головой, не спеша и чуть сутулясь, и порой немного напоминала свой дом с плотно закрытыми ставнями.

А время шло. Ее сын Олег («вылитый отец») окончил 7 классов, потом техническое училище и стал работать на заводе. И сразу стало  немного  легче материально. Но это относительное  благополучие быстро закончилось.
… На какой-то вечеринке Олег познакомился с женщиной, старше его, разведенной и с маленьким ребенком – и уехал к ней в Москву. Елена Степановна даже не стала его уговаривать и отговаривать. И когда ее упрекали: «Как же ты могла допустить это?», она отвечала со вздохом: «Если он умный – сам все поймет, а неумный – так я же еще и окажусь  врагом».

Зарплата  у нее была небольшая – и она еле сводила концы с концами. И тогда Елена Степановна решила сдавать одну комнату в доме студентам единственного в их городке института – так многие ее знакомые делали. Сначала это были девочки, но от них были только одни неудобства: они и варили себе сами, и стирали, и подруг да кавалеров приводили. Другое дело, мальчики – они питались в столовой,  белье сдавали в прачечную и, вообще, были более серьезными.

В тот год, когда Катя не поступила в институт, Елену Степановну попросили взять на квартиру мальчика–студента второго курса. Когда он пришел в их дом, то сразу же произвел на нее впечатление порядочного и надежного парня – высокий, стройный, с военной выправкой (оказалось, что до института он отслужил в армии). И имя его – Андрей – ей тоже  понравилось.

С Еленой Степановной и с Катей у него установились дружеские отношения. Катя к тому времени поступила в вечерний техникум при заводе – и Андрей охотно помогал ей заниматься. В том городе, откуда он приехал, у него была девушка, но, видимо, что-то у них  не ладилось – письма от нее то часто приходили, то месяцами ни одного. Было видно, что Андрей из-за этого сильно переживал – и Катя, как могла, пыталась его утешить, даже хотела познакомить его с какой-нибудь из своих подружек, но он все равно не соглашался. Когда он уезжал на каникулы, в доме становилось как-то пусто без него, а когда возвращался – и для Елены Степановны, и для Кати это был настоящий праздник.

На последнем курсе Андрея послали на преддипломную практику в Сибирь, на большой, только что построенный завод. Через три месяца он вернулся повзрослевший и серьезный и рассказал, что на этом заводе ему предложили после защиты диплома работу в конструкторском бюро с предоставление жилья. Елена Степановна спросила его: «Андрюша, а почему только тебе, ведь послали еще  несколько студентов на этот завод?». Андрей улыбнулся и ответил, что он там  внес небольшое изменение в конструкцию одной детали и это понравилось начальству.

Потом совершенно неожиданно он  сказал Кате: «Пошли со мной в парк прогуляться». Когда они вышли из дому, он сказал ей: «Катя! Только за эти месяцы разлуки я понял, что люблю только тебя. Я не знаю, как ты ответишь, но ты должна это знать».
Катя счастливо рассмеялась: «Ну, и темный же ты человек, Андрюша! Да, я все эти годы тебя люблю, только ты почему-то не замечал – даже когда рассказывал мне о своих любовных трагедиях. Неужели, ты этого не видел?».

Потом они сидели в парке на скамейке, долго целовались и говорили  о своей новой, совместной жизни. Когда они вернулись домой, Катя объявила Елене Степановне: «Мама, оказывается, мы с Андрюшей давно любим друг друга, я выхожу за него замуж и мы  с тобой уезжаем летом  к нему».
«Я рада за вас, но никуда я уже не поеду, а вы, молодые, езжайте, стройте свою жизнь, а за меня не беспокойтесь»
«Ну, мамочка, как же мы без тебя поедем, нам без тебя будет трудно».
«Будет вам трудно, тогда и приеду. Такая наша материнская доля – помогать детям, когда им трудно».

Свадьба у Кати с Андреем была скромная. А в июне Андрей защитил диплом, и они с Катей уехали в сибирский город. А Елена Степановна осталась сама в своем старом доме. От Кати часто приходили письма, она писала, что они оба работают на огромном заводе, квартира у них большая, со всеми удобствами.

Потом пришло письмо, где она писала: «Мамочка! Поздравляю тебя – ты скоро станешь бабушкой. Если родится мальчик, мы обязательно назовем его в честь папы – Алексеем». Еще через некоторое время  Катя прислала письмо, в нем была фотография малыша с подписью: «Любимой бабушке от Алеши». В письме Катя умоляла Елену Степановну приехать: «Мне скоро выходить на работу, а в ясли я его пока не хочу отдавать. Если ты не приедешь, мне придется  уволиться».

Несколько дней Елена Степановна провела в раздумьях. У Олега, ее сына – своя жизнь, да и такая невестка – не подарок и помощь ее им не нужна. А вот Катя действительно нуждается в ее помощи. К Андрею она за четыре года привыкла, узнала его покладистый характер, его плюсы и минусы. Да, и жить с дочерью – не то что жить с сыном. И Елена Степановна закрыла  ставни на окнах, заколотила дверь и уехала в новую жизнь, к своей дочери и зятю, к своему маленькому внуку с таким родным именем Алеша. А ее старый дом так и простоял с закрытыми ставнями еще пару лет – пока не начали строить  на этом месте новый жилой массив, и в один прекрасный день бульдозер снес и этот дом, и соседние, такие же дряхлые домики.

… И так прервалась навсегда связь Елены Степановны с родным городом. Но часто, очень часто бессонными ночами ей все равно виделась ее малая родина и эта тенистая улица, и этот домик, в котором она родилась и выросла, и в котором выросли ее дети…