В декабре 2025 года Канада зафиксировала самый высокий уровень продовольственной инфляции среди стран G7. По сравнению с предыдущим годом, цены на продукты выросли на 6,2%.
Дожили! Канаду все чаще называют столицей продовольственной инфляции среди развитых стран.
Если бы виной были исключительно международные факторы, они одинаково затрагивали бы все страны, и Канада не оставалась бы “на обочине”… Однако факт того, что именно у Канады самый высокий уровень продовольственной инфляции в G7, указывает на проблему, имеющую внутренние причины.
В поддержку своей позиции премьер-министр Марк Карни ссылается на недавнюю статью Банка Канады, пытаясь доказать, что продовольственная инфляция не является проблемой «канадского происхождения».
Обратимся и мы к ней. Анализ канадской продовольственной инфляции в статье Банка Канады почему-то исключает фрукты и овощи. А ведь это ключевые продукты для питания – канадский пищевой гид, например, рекомендует, чтобы фрукты и овощи занимали половину тарелки.
Исключение фруктов и овощей даёт неполную картину реальной структуры потребительской корзины и причин роста цен, с которыми канадцы сталкиваются на кассе магазина. И именно в этой категории продуктов наблюдались одни из самых резких скачков цен при либералах.
Между тем, эти фрукты и овощи производятся в Канаде, а их стоимость почему-то резко выросла с момента вступления Марка Карни в должность.
Так, салат ромэн, выращиваемый в Квебеке и Онтарио, подорожал на 17,7 процента; виноград, который выращивают в Онтарио и Британской Колумбии, – на 14,2 процента. Огурцы, производимые в Онтарио, Британской Колумбии и Альберте, также подскочили в цене на 17,4 процента с марта 2025 года.
Но даже при исключении фруктов и овощей из потребительской корзины статья Банка Канады всё равно приходит к выводу, что «внутренние издержки составляют почти две трети стоимости продуктов в магазинах».
Это неудивительно для любого, кто понимает, как устроена продовольственная система Канады. Farm Credit Canada сообщает, что страна производит 70 процентов своих продовольственных потребностей, а Министерство сельского хозяйства и агропродовольствия Канады указывает, что 80 процентов переработанных продуктов питания и напитков, продаваемых в стране, обеспечиваются отечественной перерабатывающей промышленностью.
Похоже, исчерпав запас прежних оправданий, Марк Карни предложил новое – заявив на заседании Парламента, что «падение канадского доллара, вызванное обструкционизмом депутатов с противоположной стороны до прихода этого правительства к власти», якобы стало причиной роста цен.
Увы, попытка списать рост цен на колебания валютного курса также не выдерживает критики. Более того, краткосрочные изменения курса не могут объяснить многолетний кризис доступности продуктов питания при либералах, на фоне которого очереди в продовольственные банки растут тревожными темпами, совершенно не связанными с динамикой канадского доллара.