ВЕРНИТЕ НАМ НАШУ ЛЕНУ

«Лена учила наших детей не только играть в теннис, она учила их быть добрыми, она учила их любить и уважать людей… Она была непререкаемым лидером теннисного сообщества UBC…»

«Я теннисистка из Швейцарии. Когда мне было 18 лет, я была 24-ой в своей стране. В прошлом году я полгода жила в Ванкувере и тренировалась у Елены и Томаса. Я считаю, это два самых лучших тренера, с которыми я когда-либо сталкивалась в моей жизни. Их увольнение, я уверена, – огромная ошибка…»

«Наш 10-летний сын в прошлом году пробыл всего неделю в теннисном летнем лагере, который организовала Елена, – а вспоминает он об этом до сих пор. Лена была самым лучшим тренером, который у него когда-либо был, – во всем!..»

«Она научила меня не только игре в теннис. Она вернула мне уверенность в своих силах… Ее увольнение – это огромная потеря для всего UBC…»

«Я в шоке! Это огромная несправедливость!..»

«Моя 9-летняя дочь отказывается теперь ходить на теннис. Она хочет, чтобы вернули Лену…»

«Я просто не могу понять, почему ее уволили, когда она так нужна нам всем…»

Это только крохотная часть из писем, из высказываний на страничке Facebook более 200 человек разных национальностей, профессий и возрастов в поддержку Елены Гишиянц, главного тренера Теннисного Центра UBC, проработавшей там более 12 лет.
Впрочем, безжалостная метла в лице нового директора Центра, господина Нила Паркера, вымела не ее одну…

Хронология событий
1. 20 апреля 2010 года, за две недели до возобновления контракта, еще во время пребывания в должности в соответствии с контрактом, был уволен один из старших тренеров Теннисного Центра Университета Британской Колумбии Томас Таппер.
В связи с несогласием с решением нового директора Теннисного Центра Нила Паркера, многие из учеников Томаса Таппера прекратили посещать тренировки.
В тот же день, без какого–либо предупреждения, без предложения альтернативной замены тренера и расписания занятий были прекращены тренировки женских пар.

2. Нилу Паркеру и Альнуру Азизу, его вышестоящему руководителю, были отправлены многочисленные письма протеста против увольнения Томаса, а также с целью поддержки главного тренера Елены Гишиянц, дабы избежать ситуации, в которой тренер Гишиянц оказалась бы уволена аналогично Томасу Тапперу.

3. Сразу же, после увольнения Томаса инициативной группой теннисистов был создана страница на Facebook “Save the UBC Tennis Centre” – http://www.facebook.com/#!/pages/Save-the-UBC-Tennis-Centre/100415350003468
На сегодняшний день на ней зарегистрировались уже 206 человек, и количество примкнувших к акции ежедневно растѐт.
Впрочем, фактически протестующих значительно больше, просто не у всех есть доступ к Facebook.

4. Опасения подтвердились: 26 апреля Елена Гишиянц – после 12,5 лет безупречной работы в UBC – была также уволена.
Несмотря на письма, несмотря на явные непорядки во вверенном ему теннисном королевстве, директор Нил Паркер продолжал гнуть свою линию.

5. Той же ночью (26 апреля) Теннисный Центр был подвергнут акту вандализма: на трех стенах его было вырезано – “LENA”.
Ну, понятно, что это сделали подростки. Накопившийся гнев, не сформировавшись в конструктивные действия, вылился в акт вандализма. Не тому учила их любимая ими Лена, будь она рядом – остановила бы от этих бессмысленных, безрассудочных действий, но…
Произошедшее немедленно было осуждено лидерами акции протеста на Facebook.

6. Всѐ теннисное сообщество было шокировано откровенно грубым увольнением опытнейших тренеров. Новому руководству Центра было отправлено более 20 писем протеста.

7. Мистер Паркер уже не мог более игнорировать «теннисный бунт» – он ответил на  некоторые из писем. Впрочем, довольно формально. Наберитесь, мол, терпения: нас ждут великие дела – в следующем году будут построены 8 дополнительных крытых кортов (в целом их на территории UBC станет 12). Это, мол, превратит Центр в крупнейшее теннисное сооружение не только Западной Канады, но, возможно, и всей страны.
Все это замечательно. Но как же это связано – да еще накануне таких грандиозных перемен! – с увольнением двух старших тренеров Теннисного Центра, пользующихся таким уважением?
Эту скользкую тему мистер Паркер в своих ответах обошел.

8. Были сделаны попытка поставить в известность о происходящем посетителей страницы “UBC Tennis Centre” на  Facebook.
Попытки были остановлены цензурой.

9. 2 мая около 40 человек, несмотря на занятость, выкроили время для встречи с корреспондентом Vancouver Courier Newspaper – мистером Jeremy Shepherd, чтобы выразить свою озабоченность и стать услышанными.
Говорили, естественно, об Елене – потрясающем тренере и примере для подражания. Об еѐ высочайшем профессионализме и безграничной преданности делу. Говорили все участники встречи, независимо от возраста и статуса.

Аналогичные слова были сказаны и о Томасе – о его профессионализме и влюблѐнности в свою работу.

В то же время каждым из участников встречи была высказана неудовлетворенность действиями новой администрации – и Томаса, и Елену уволили внезапно, без каких-либо объяснений и предупреждений, занятия были отменены в последнюю минуту.
Говорили, в связи с этим, о заметном ухудшении общей атмосферы в Теннисном Центре (меньше улыбок, больше напряжѐнности, отсутствие товарищества).
О значительном ухудшении технического состояния Центра (грязные корты, переполненные мусорные урны, не работающие автоматы и принтеры и т.д.) – при Елене и Томасе такого просто не могло быть.
Сокрушались понижением уровня обучения.

10. 5 мая в газете Vancouver Courier вышла статья о происходящем. Несмотря на то, что появление статьи, как отмечают члены акции протеста, конечно же, стало хорошим началом, в ней, однако, неверно было указано число несогласных с решениями дирекции Центра. На самом деле, несогласных было не десятки, а более 200.
Кроме того, в статье ошибочно сообщалось об отсутствии у Елены разрешения на преподавание тенниса в Канаде, что на самом деле не соответствует действительности.

11. В знак протеста против действий нового руководства подала заявление об увольнении администратор Центра Ana-Maria Enescu, пользующаяся любовью и уважением всего теннисного сообщества – бывшая, кстати, студентка Елены.
А буквально на прошлой неделе очередной опытнейший тренер – Brian Grellmann – последовал еѐ примеру.

12. 7 мая представители акции протеста имели полуторачасовую беседу  с генеральным директором спортивного комплекса UBC Бобом Филиппом.
Встреча пока обнадежила.

Что просили представители «бунтовщиков»:
a). Назначить новую администрацию Теннисного Центра UBC.
б). Восстановить в должности старших тренеров Елену Гишьянц и Томаса Тапера.
г). Обратиться к Ana-Maria Enescu и Brian Grellmann с просьбой об отказе от поданных ими заявлений об отставке.
д). Создать представительскую группу членов теннисного сообщества UBC в качестве официального канала, что позволит учитывать их мнения и пожелания при возникновении подобных ситуаций в будущем.

13. 11 мая Николай Бахрушунович, молодой инструктор Теннисного Центра UBC, получил официальное уведомление от Нила Паркера о предстоящем ему через три недели увольнении. Это в очередной раз повергло в шоковое состояние теннисистов Центра – еще более глубокое, чем когда бы то ни было.

14. 19 мая опубликована статья о напряженной обстановке в Теннисном Центре UBC в университетской газете «Ubyssey» – наконец-то о скандале узнал весь университетский люд.

15. На момент выхода этого номера нашей газеты никаких дополнительных сообщений от Марины Мильнер-Болотин, одной из основных «зачинщиц» протестов, не поступало. Стало быть, воз пока и ныне там…

Слишком хороша, чтобы «вписаться» в систему?
Главный аргумент, как мы уже упоминали, который приводит в свою защиту новая администрация Центра – забота о Великом Будущем оного. Еще бы, когда речь заходит о 8 миллионах, которые будут вложены в это самое будущее, какие-то две-три судьбы-судьбинки ничего не значат.

Нил Паркер грезит о кортах международного значения, об успехах и наградах, забывая, что на костях старого вряд ли построишь новое… Он уже начал набирать новых сотрудников – юных, очень вписывающихся в его представление о Великом Будущем.  Ну, кто ж сказал, что они плохи? Но когда еще они наберут тот опыт и авторитет, которого годами добивалась Елена Гишиянц – тренер, сертифицированный в Tennis Canada, бывший наставник резервной олимпийской команды в Советском Союзе, тренер, некоторые ученики которого входят в десятку лучших теннисистов Канады.

Нил Паркер мечтает о сотнях, тысячах счастливых теннисистов, которые заполнят эти будущие корты, о дружной спортивной университетской семье… Стоп. Но это все уже было – заполненные корты, спортивное братство. Только человек, который это создал, оказался за бортом…

Я сижу в уютной квартире Валерия Мильнера и Марины Мильнер-Болотин. Здесь же их сыновья – 14-летний Арик и 16-летний Авив. Здесь же одна из организаторов акции протеста – Sepideh Shams.
Мне рассказывают о Лене – и на меня обрушиваются тонны эмоций…

– Я считаю, ее уволили, потому что она большой профессионал, потому что она не укладывается в рамки «просто учителя», она выбивается из них. Нет такого тренера, которого дети бы так уважали, а ведь это не просто – заслужить их уважение. Она учила их, как надо относиться к спорту, но самое важное – как надо относиться к другим людям.

– Она всегда была примером для детей, которые у нее учились… Как они после этого будут относиться к жизни, к другим людям, если с человеком, которого они уважали, так поступили…

– Сколько у нее учеников, в общей сложности, было в Канаде?
– Сотни! И детей, и взрослых… и пожилых… Она просто уникальный тренер. К ней приходили не только из UBC учиться, к ней приезжали из Burnaby, из Coquitlam… Она организовывала party для детей, она такие веселые и интересные летние лагеря устраивала, которые, помните, у нас в детстве были…

– И, кроме того, она такой человек – если у кого какие проблемы в семье, в школе, с работой, она сделает все, чтобы помочь. У ребенка плохие оценки в школе – она попробует помочь найти репетитора, плохо себя ведет – она с ним поговорит… Это человек, к которому мы все шли за помощью. Она как-то со всеми могла найти общий язык.

– Она всегда звонила, если ребенок пропускал занятия – узнать, все ли с ним в порядке. Вы много знаете здесь таких учителей? Она все знала о нас – что ты делаешь, как ты себя чувствуешь, что у тебя на работе, в семье… Мы для нее были как одна большая семья.

– Я пропустила как-то несколько классов, потому что у моего отца была операция на сердце. Она мне звонила несколько раз потом – узнать, как его самочувствие.

– Зато сама она настолько скромный человек! Никогда не просила ничьей помощи. Даже в мелочах – предлагают ее подвезти после занятий, а она отказывается и едет автобусом. Каждый день она приезжала к нам в UBC на автобусе!

– И даже в этой ситуации с увольнением не попросила помощи?
– Она даже не знает, что мы делаем. Но мы это делаем, потому что она… – знаете, есть такие люди, которые всегда что-то значат в жизни других людей, которые… make a difference. Лена как раз такая.

– Вы видели пустые корты? Мы просто перестали ходить на занятия – и взрослые, и дети.

– Арик, – обращаюсь я к младшему члену семьи, – это тоже было твое самостоятельное решение – не ходить на теннис, потому что уволили Лену?
– Я не могу сказать, что очень люблю играть в теннис, и я ходил на корт только из-за Лены. А сейчас перестал – если ее там нет, зачем мне туда ходить.
– Я тоже хочу сказать, – вступает в разговор Авив. – Я не играю в теннис, я хожу на бальные танцы. Но у меня такой же хороший тренер, как у Арика Лена. И если бы мне кто сказал, что моего тренера Оксану уволили, я бы не пошел к другому, потому что она для меня как член семьи, самый лучший друг. Так что я понимаю, как сейчас Арик себя чувствует.
– И для тебя, Арик, Лена – как член семьи?
– Да, конечно. И то, что она меня теннису учила, это не самое важное. Она мне больше для жизни дала. Она была для меня авторитетом больше чем папа даже. Хотя очень строгая – могла выгнать с занятия, если ты ничего не делал, например, или плохие слова говорил. И сначала, может быть, обидно было, но потом я понимал, что это важно – то, что она говорит. Важно для жизни. И с родителями все стало лучше. Я просто стал дисциплинированнее, начал понимать, как стать взрослым, а не просто маленьким мальчиком.
– Твои друзья по клубу так же расстроены?
– Все мои друзья, которые со мной играли в теннис, они просто прекратили, сказали: мы не можем, не хотим так играть – без Лены.

Уважаемая Елена Гишиянц!
Вместе с Вашими учениками я по-настоящему огорчена сложившейся ситуацией. И в то же время я Вам очень по-хорошему завидую. 200 с лишним человек, поднявшихся на Вашу защиту, это дорогого стоит. И это, по-настоящему, именно Ваша заслуга.

Ваши ученики выросли – и это я не о биологическом возрасте. Стар ли, млад – они, с Вашей помощью, стали понимать, что такое – быть взрослым, что такое – быть неравнодушным к судьбам других людей.

Они не успокаиваются ни на минуту, обращаясь в прессу, заваливая администрацию письмами…

И я уверена – у них все получится. Они вернут назад свою Лену. Потому что именно Вы научили их стойкости и желанию победить.
Удачи и Вам, и Вашим ученикам!

Ирина Донская

Дорогие читатели! Если среди вас есть люди, знающие Елену, вы можете присоединить свои голоса к голосам ее учеников на Facebook: http://www.facebook.com/#!/pages/Save-the-UBC-Tennis-Centre/100415350003468